огонек
конверт
Здравствуйте, Гость!
 

Войти

Содержание

Поиск

Поддержать автора

руб.
Автор принципиальный противник продажи электронных книг, поэтому все книги с сайта можно скачать бесплатно. Перечислив деньги по этой ссылке, вы поможете автору в продвижении книг. Эти деньги пойдут на передачу бумажных книг в библиотеки страны, позволят другим читателям прочесть книги Ольги Денисовой. Ребята, правда - не для красного словца! Каждый год ездим по стране и дарим книги сельским библиотекам.

Группа ВКонтакте

12Авг2009
Читать  Комментарии к записи Читать книгу «Берендей» отключены

Кровь берендея сильней в беровом обличье, кровь заклятого — в человечьем. И если в бою двух медведей смешается их кровь, заклятый теряет власть над берендеем, а берендей — наоборот. Скажет: «обернись» — и заклятый станет медведем, или «оборотись» — и тот снова превратится в человека. Нужно лишь добавить: «на час», «на день» или «на месяц» — и заклятый не сможет поменять облик, пока не истечет названный срок. Но обычно берендей превращает заклятого в человека и убивает его, поскольку заклятый уже не имеет власти над ним.

Если же кровь перемешается в бою двух людей, заклятый приобретает власть над берендеем и после этого может даже уйти с его участка по своей воле, но обычно не уходит: остается, чтобы довершить начатое.

Берендей дочитал тетрадь до конца. Он не понял только, что означает стать побратимом Заклятого. А этот вопрос его волновал, потому что он вовсе не был уверен в том, что их кровь не смешалась во время охоты. Во всяком случае, рукава его ватника были насквозь пропитаны кровью Заклятого. А попала она в его рану или нет, он определить не мог.

Зато получить драгоценный оберег для него не составит труда: пропитанный кровью свитер заботливая Галина Павловна уложила в полиэтиленовый мешок и дала Берендею с собой. Вот только он не помнил, куда его забросил, когда приехал домой…

Берендей приоткрыл дверь и выглянул в комнату отца. Михалыч громко храпел, и Берендей прошел мимо него на цыпочках. В кухне пакета со свитером не было. Он выглянул в сени, но и там пакета не нашел. На крыльце его не было тоже.

«Неужели я его в машине оставил?» — удивился Берендей. Тогда следовало немедленно ехать в больницу и разыскивать водителя Мишу. Слишком дорогой ценой досталась ему кровь Заклятого, чтобы повторить этот подвиг.

Берендей вернулся в кухню, поискал пакет повнимательней. И нашел: пакет благополучно лежал на буфете, вместе с остальными. Пустой и аккуратно сложенный.

Неужели Михалыч его постирал? Одно дело потерять, потерянное можно найти. Но если Михалыч его выстирал, то надежды не остается вообще. Берендей кинулся в комнату отца и растолкал Михалыча.

— Михалыч! Михалыч! Проснись!

— Что, медведь? — Михалыч подскочил.

— Да нет, — рассмеялся Берендей.

— А… Мне медведь снился. А чё тогда орешь?

— Ты мой свитер не брал, коричневый, в крови который?

— Который посередь кухни на полу валялся? В мешке?

— Да.

— В сени я убрал, в корзину с грязным бельем.

Берендей вздохнул с облегчением.

— А чё?

— Да нет. Ничего. Спи.

Берендей прикрыл к нему дверь, чтобы не мешать, и зажег свет на кухне. Свитер и вправду валялся в корзине с грязным бельем. Он был толстый, грубоватый, связанный из темно-коричневых ниток. Правый рукав пропитался кровью весь. И как определить, где на нем смешалась их кровь? И смешалась ли вообще? Берендей принюхался. Обоняние у него было много лучше, чем у людей, но не настолько чуткое, как в обличье бера. Пахло кровью. Обернуться зимой, да еще и с Михалычем в соседней комнате, ради того, чтобы понюхать свитер? Можно было вырезать большой кусок, а лучше взять весь рукав. Но носить это на груди?

Берендей вздохнул. «Только спасая свою жизнь», — говорил отец. А разве он не спасает свою жизнь? Он вышел на крыльцо, прихватив с собой свитер и замок, и надежно запер дверь снаружи. Если Михалыч проснется, он не сможет выйти во двор. А если он что-то увидит в темном окне, то наверняка подумает, что обманулся.

Берендей вдохнул ночной воздух. Он никогда не оборачивался зимой. Но, кроме Михалыча, никого вокруг не было — за несколько минут ничего не произойдет. Берендей выпрямился (он любил оборачиваться стоя). Посмотрел вверх и спустился с крыльца: однажды он обернулся на крыльце и пребольно стукнулся головой о балку, поддерживавшую крышу. Он не намного прибавлял в росте — сантиметров тридцать-сорок, с Заклятым не сравниться. Но иногда и тридцати сантиметров хватало. Он снова вдохнул, собираясь с духом, и… обернулся.

В нос ударили запахи. Скудные зимние краски померкли, но все вокруг заострилось и сделалось выпуклым. Он как будто глянул на мир через одноцветную линзу: зрение обострилось, но потеряло цвет.

И его залил восторг — как всегда, когда он становился бером. Чувства его в медвежьем облике были намного сильней: и страх, и радость, и любовь. И мыслям справиться с чувствами было намного сложней. Но этому-то он и учился с раннего детства, этим-то и отличался от Заклятого: сохранять ясность мыслей, когда чувства стараются их заглушить.

Ему непременно захотелось зайти в зимний лес — принюхаться, осмотреться. Лес манил, звал, обещал много интересного и приятного. Он был еще медвежонком — любопытным и игривым.

Через минуту пришел голод. Голод грызущий, мучительный, непреодолимый. А вслед за голодом — злоба. Берендей опустился на четыре лапы и осмотрел двор — чего бы съесть?

Из дома доносился храп Михалыча.

Берендей мотнул головой и поднялся на крыльцо. Его дело — обнюхать свитер и вернуться домой. Он нагнулся над правым рукавом: пахло бером и кровью бера. И его собственной кровью. А еще овечьей шерстью, и мылом, и по́том. Он тщательно вынюхал рукав сверху донизу. Кровь смешалась, в этом не было сомнений. И при этом в нее вплелся какой-то новый запах, не присущий ни крови Заклятого, ни крови Берендея.

Берендей поднял тяжелую голову и снова глянул в лес. И вернулся в человеческий облик: ему не понравилось оборачиваться зимой.

Голод не оставил его. Он вспомнил, что завтракал сытно, но легко, потому что собирался на охоту. А после этого съел только гранат, очищенный Михалычем. Оберег подождет. Михалыч говорил что-то про пирог с мясом.

 

Юлька вернулась домой поздно. Она оставляла записку, что уехала к Людмиле готовиться к экзамену, поэтому рано ее никто и не ждал. Ей просто повезло, что Людмила ни разу не позвонила ей на домашний телефон. Вернее, повезло ее родителям.

Засыпая, Юлька подумала, что не доживет до девятого числа. И что можно попробовать выучить все билеты за завтрашний день, чтобы освободиться к седьмому.

А шестого под вечер ей стало очень грустно. Она вспоминала Егора не затаив дыхание и обмирая от счастья, а с болью и тоской. Как будто они больше никогда не увидятся. Как будто произошло что-то непоправимое. Или произойдет. Ей было так грустно, что она поплакала, бросила учебники и долго сидела за столом, положив голову на кулаки. И вспоминала Егора — его голос, его улыбку, его руки. И от этих воспоминаний было еще горше, еще страшней: а вдруг с ним что-нибудь случилось?

Она вынула из сумочки мобильник и посмотрела на сообщение, которое он ей прислал, когда тренировался: «Я буду ждать». Он ее ждет, а она тут сидит со своими гнусными беспозвоночными — вот ведь мерзкие твари — и не едет.

Юлька подумала секунду, а потом набрала СМС: «Я приеду 7. С е д ь м о г о». И отправила. Но сообщения о доставке не пришло ни через пять минут, ни через час.

Она вернулась к учебникам, сжала зубы и решила, что выучит все билеты сегодня. Потому что если она плохо сдаст экзамен, мама с папой будут думать, что это из-за Егора. А ей не хотелось, чтобы они подумали про него плохо, тем более что он ни в чем не виноват, она сама не может так долго без него прожить.

Юлька просидела над билетами до трех часов ночи, но сообщение о доставке так и не пришло. «Ничего, — решила она, — завтра утром Егор наверняка его получит. Не может не получить». Почти все вопросы она выучила — ну, или просмотрела. Кроме тех, которых не нашла в учебниках. Все вопросы вообще знать невозможно, нужно надеяться, что они на экзамене ей не попадутся.

Она проснулась в половине девятого и вскочила в ужасе: проспала! Последняя электричка перед перерывом уходила в девять, а следующая — только в три часа! Юлька и забыла, что седьмое — выходной и электрички ходят по воскресному расписанию. Поэтому быстро оделась и выбежала из дома, пока мама не заметила ее ухода. Но оставила маме записку: «Я поехала к Егору» — ей было стыдно врать.

Она вбежала в последний вагон за секунду до отправления и перевела дух. Сообщения о доставке так и не было. Юлька написала еще одну СМСку: «Выехала на 9-15» и снова подождала. Сообщение о доставке опять не пришло.

Всю дорогу она рассматривала телефон, но он молчал. Сеть то пропадала, то появлялась снова, а сообщений так и не было.

«Ну и что! — решила Юлька. — Теперь я знаю, где он живет. И замерзать не собираюсь. Тем более сегодня теплей, чем позавчера. И если он не в сети, то наверняка дома».

Она вышла из электрички уверенно и спокойно. Послала еще одну СМСку: «Я приехала. Иду к тебе». Зашла в магазин и купила свой любимый медовик к чаю — в прошлый раз у Егора были только сушки и борщ.

Когда вдоль дороги потянулись детские сады, навстречу ей попалась женщина, которая пристально на нее посмотрела, а потом решилась и окликнула ее:

— Не ходи туда, детонька. Медведь-людоед по лесу ходит, а ты одна идешь.

Юлька вежливо кивнула, поблагодарила и ответила, что ей недалеко. И со смехом пошла дальше. Неужели ее мог остановить какой-то медведь?

Почти у самого автобусного кольца ее догнал мужчина с двустволкой на плече.

— Девушка, — окликнул он ее, и она подпрыгнула от неожиданности.

— Ну что ж вы так пугаетесь?

— Извините, — Юлька улыбнулась, — я не ожидала кого-то здесь увидеть.

— А куда же вы идете совсем одна? — спросил он.

— Я? — Юлька растерялась. — Я — туда.

Она махнула рукой в сторону гнутой березы.

— И я туда. Можем пойти вместе. И вам не страшно, и мне веселей.

Юлька кивнула и обрадовалась. Конечно, она легко отмахнулась от предупреждения доброй женщины, но все равно ей было страшновато одной. А у мужчины имелась двустволка: даже если медведь и появится, его можно будет застрелить. Они свернули на лесную дорогу.

— Подождите, — попросила Юлька, — я сейчас сообщение отправлю.

И набрала: «Я у гнутой березы. Меня провожает дяденька с ружьем. За меня не бойся». Сообщение получилось длинное и ушло в два приема. Ну и пусть Егор их не получает. Она все равно напишет. На всякий случай.

— Вы, наверное, к Егору приехали?

Юлька смутилась:

— Да, а как вы догадались?

— А там больше никто не живет. И я к нему иду, дело у меня есть.

— Какое дело? — не очень вежливо спросила Юлька.

— Да про охоту на медведя надо потолковать. Вы слышали, что здесь медведь-людоед появился?

— Да. Я даже видела его следы, два раза. И еще он приходил к нам на дачу и ломился в окна.

— А где ваша дача?

— В Белицах.

— Хорошее место, — кивнул мужчина. — А от реки далеко?

— Нет, метров пятьсот всего. И лес рядом.

— Да, неплохо. А с Егором как познакомились?

Юлька подумала, что если этот человек знает Егора, то не стоит об этом рассказывать: вдруг Егору это не понравится?

— Так, случайно, — ответила она уклончиво и спросила, чтобы сменить тему: — А вы охотник?

— Да.

— А на кого вы охотитесь?

— На медведей.

— Правда? Здесь же нет медведей.

— А я в Карелии охочусь, в пограничной зоне. Красивые места, природа дикая совершенно.

— И как, трудно убить медведя?

— И да, и нет. По-разному, — он пожал плечами, но в его глазах Юлька увидела веселый огонек, хитринку.

— Расскажите, пожалуйста! Я никогда не видела охотников на медведей!

— А медведя видели?

— Видела, конечно. В зоопарке, в цирке, а еще в Александровском саду, там их иностранцам показывают.

— Ну, это не медведи — так, название одно. Хотите на настоящего медведя посмотреть?

Юлька пожала плечами и усмехнулась:

— А где вы его возьмете, настоящего-то?

Ей почему-то стало тревожно.

— Может, он сейчас из леса навстречу нам выйдет? — засмеялся ее провожатый.

— Но если он сейчас выйдет, вы же его застрелите, правда?

Мужчина неопределенно пожал плечами.

— И потом: что он, дурак, что ли, — прямо на человека с ружьем выходить? Медведи вообще людей боятся, — рассудила Юлька вслух.

— Обычные боятся, а людоеды — нет, — мужчина усмехнулся как-то уж очень недобро.

Юлькина тревога не проходила, и она не понимала почему. Все было хорошо — солнечный день, рядом надежный, вооруженный человек. А до дома Егора рукой подать. Может быть, она так сильно испугалась, когда медведь ночью ходил вокруг их дома и стучал лапами в окна? И теперь всякое воспоминание о медведе вызывает у нее ужас?

— Ну что, боитесь медведя? — на этот раз ее спутник улыбнулся по-доброму и подмигнул ей.

— Если честно, очень боюсь. Моя мама чуть не впустила его в дом, когда он ночью… — она осеклась.

«Не открывайте! Это не человек!» — крикнул тогда Егор. И у Юльки подкосились ноги. Она шарахнулась в сторону от своего провожатого, но было поздно.

Над ней громадной бурой горой возвышался медведь. Она запрокинула голову, отшатнулась, подняла руку, пытаясь защититься, — и увидела его морду. Размером с телевизор. И громадные желтые клыки, с палец длиной. Медведь поднял лапы, нависая над ней, и заревел. Юлька еще секунду смотрела на него, разглядывая когти, а потом обмякла и упала в снег.

 

Берендея разбудил Михалыч.

— Это ты сожрал весь пирог с мясом? — спросил он, открыв двери и подпирая косяк.

— Там борщ в подполе стоит, — ответил Берендей и повернулся со спины на бок.

— Да твоему борщу уже вторая неделя, ты меня еще перед Новым годом на борщ звал.

— А чего ему сделается-то?

— Ты вставай давай. Докторша велела к двенадцати на перевязку тебя везти.

Берендей повернул голову и глянул на часы. Было без двадцати одиннадцать. Он хотел сладко потянуться, но правое плечо неожиданно отозвалось острой болью, и он вспомнил вчерашний день. Такой длинный вчерашний день.

Михалыч открыл подпол и загремел поварешкой. Берендей сжал в кулаке оберег, который вчера повесил себе на грудь, — кусок вязаного полотна в полиэтиленовом мешочке. Неужели это и вправду может сработать? Верилось в это с трудом, но надежда все-таки оставалась. Отец говорил, что когда-то все берендеи умели колдовать, но это было очень давно, книг в те времена не писали.

Он поднялся и потопал на улицу. Воды, конечно, он вчера не принес и уже собирался одеваться и идти к колодцу, как увидел на крыльце два полных ведра. Он подхватил одно из них и выскочил на снег.

— Куда! — крикнул Михалыч, выглянув из сеней.

— Чего? — не понял Берендей, уже поднявший ведро с водой.

— Повязку намочишь! Иди сюда, в полиэтилен ее заверну.

Пришлось вернуться в дом и только потом выйти снова. От этого, кстати, можно было и простыть. Одно дело — мгновенно облиться, другое — шастать по морозу туда-сюда. Впрочем, Берендей никогда еще не простужался.

Он вылил на себя ведро с ледяной водой и встряхнулся: дыхание перехватило, сердце стукнуло в голову, кожа мгновенно зарумянилась и сна как не бывало. Он взлетел на крыльцо и вбежал в кухню.

— Ну что, взбодрился? — спросил Михалыч, уплетая разогретый борщ.

Берендей сорвал полотенце с крючка у раковины и растерся, отчего и без того согретая кожа загорелась огнем.

— Ну, — ответил он Михалычу и пошел одеваться.

— И с мокрой головой без шапки поедешь, — недовольно крикнул Михалыч ему вслед.

— Михалыч, ты видел, чтобы я хоть раз простудился?

— Не, не видел, — согласился Михалыч, — но все до поры. Батька бы, небось, без шапки на мороз тебя не отпустил!

— А батьку моего ты в шапке когда-нибудь видел?

— Не видел. Но он был как дуб столетний! А ты еще пацан зеленый.

Берендей вышел в кухню и взял зубную щетку:

— Батька и был как дуб столетний, потому что с малолетства холода не берегся. И меня приучил.

Он сунул в рот щетку и отвернулся.

— Да ладно, не злись. Борща лучше поешь.

Берендей промычал в ответ:

— Угу.

— Остывает уже.

Они выехали в поселок без четверти двенадцать. Погода была отличная — не очень морозно, но солнечно. От этого и на душе посветлело: Берендей подумал, что после перевязки позвонит Юльке. Обязательно позвонит. А она наверняка сразу узнает о том, что он в поселке, если, конечно, посылала ему СМСки (а он надеялся, что посылала). Берендей нажал на газ, и Михалыч недовольно замахал руками из коляски.

Они проехали под гнутой березой и повернули на асфальт, а через двести метров мобильник за пазухой с левой стороны завибрировал. А потом еще и еще.

Берендей хотел доехать до больницы и только потом посмотреть, что она ему написала, но не удержался. Остановился и заглушил мотор.

— Что встал? — спросил Михалыч.

— Сейчас, подожди, — Берендей вытащил из-за пазухи мобильник и начал вспоминать, что надо сделать. На экране светилось: «Четыре непрочитанных сообщения».

— У… — протянул Михалыч. — Точно девчонку завел.

Берендей промолчал и прочитал первое сообщение. «Я приеду 7. С е д ь м о г о». Он нахмурился.

— Михалыч, седьмое сегодня?

— Да, сегодня.

— Хорошо, что не вчера.

Поделиться:

Автор: Ольга Денисова. Обновлено: 23 декабря 2018 в 1:59 Просмотров: 2702

Метки: ,